Фарид Салман: «Важно, чтобы хотя бы в Рамадан Коран читался татарским макамом»

Признаки Судного дня, «инопланетяне» этой планеты и условие, при котором Аллах простит даже самого последнего грешника.

«Мы видим, что ислам, будь то в Казани, Мекке, европейской стране или Африке, постепенно становится однообразным — теряется национальная окраска. Это прискорбно, ведь Всевышний создал нас разными народами и племенами», — сокрушается руководитель центра исследований Корана и сунны РТ, имам-хатыб казанской Белой мечети Фарид Салман (Хайдаров). По словам экс-муфтия Татарстана, забывается национальная терминология в исламе, а о сакральных смыслах уразы многие даже не знают. О важности проповеди на татарском языке, реформах в исламе, «едином посте» мусульман, христиан и иудеев, а также о том, считать ли уразой месячное ограничение от греховного.

«Мусульмане не только воздерживаются от пищи, воды и плотских утех. У них постятся и глаза, уши, руки»

— Фарид хазрат, наступил долгожданный месяц Рамадан. Много верующих держат пост, но, когда спрашиваешь их о смыслах уразы, затрудняются ответить или говорят, дескать, смысл в воздержании от еды и питья в светлое время суток. Не слишком ли примитивно?

— Не только у уразы, но и у самого ислама есть своя сакральная, мистическая сторона, которую, к сожалению, современный человек зачастую забывает. Религия и обряды воспринимаются как нечто механическое и формальное, в них редко вкладывают душу. Между тем пророк Мухаммад, мир ему и Божье благословение, говорил, что каждый правильно исполненный намаз — это нечто большее, чем просто молитва: это Вознесение к Престолу Божьему, Мирадж (ночное путешествие Пророка в Иерусалим и его вознесение на небеса, которое, согласно исламскому преданию, произошло в конце мекканского периода жизни Пророка, около 619 года н. э. — прим. ред.).

Таким образом, намаз, выполненный истинно и по всем установленным правилам и нюансам, представляет собой душевное и духовное вознесение правоверного к Трону Всевышнего. Если рассматривать уразу лишь как воздержание в дневное время от пищи, воды и утех, это будет лишь одна сторона медали. В отличие от намаза, который является обрядовой молитвой, ураза сочетает в себе простые и в то же время весьма сложные аспекты, все из которых закреплены в религиозных канонах. Существует три вида уразы, и, как вы правильно заметили, большинство мусульман придерживаются, так сказать, более простой или базовой формы поста. Несмотря на это, если оно будет исполнено с намерением поститься во имя довольствия Господа Всевышнего, то пост будет принят. Есть и второй вид поста — пост богобоязненных, людей знания, ученых мужей.

— Он чем отличается от поста первой категории?

— Он предполагает, что правоверные мусульмане не только воздерживаются от пищи, воды и плотских утех. У них постятся и глаза, уши, руки, пальцы, ноги, то есть все органы и части тела человека.

— Пост глазами — значит, не смотреть запретное?

— Совершенно верно. Не смотрят запретное, не трогают запретное, не идут в сторону запретного, то есть это уже пост более высокой степени. Так постится очень малая часть мусульман. Людей, которые понимают смысл подобного действия, на самом деле очень мало.

В хадисах сказано, что во время поста Всевышний заковывает в оковы всякую нечисть, бесов и шайтана. Однако речь идет прежде всего о мелких бесах; крупные же остаются свободными, такими, какими были. Поэтому в зависимости от уровня набожности человека его борьба с нечистой силой становится более интенсивной. К сожалению, даже во время Рамадана многие продолжают грешить, ведь все мы несовершенны. Для исправления этих недостатков в шариате предусмотрена скромная милостыня — садака аль-фитр, которую мы выплачиваем в конце месяца Рамадан. Эта милостыня служит своего рода искуплением, помогает исправить ошибки и упущения, совершенные во время поста.

Существует еще третий вид уразы — пост, которого придерживается крайне малая часть мусульманской уммы, возможно, всего несколько человек на всей планете. Это не просто воздержание от пищи, воды и сдерживание глаз, рук и ушей, но прежде всего пост сердцем. Это тогда, когда у человека нет на душе, в мыслях и намерениях ничего, кроме стремления к довольству Всевышнего Аллаха.

Вообще, пост важен тем, что он является таинством между Богом и правоверным. В зависимости от уровня духовного развития, богобоязненности и искренности Аллах вознаграждает каждого по его намерениям и делам. Если о других видах обрядов — намазе, закяте, хадже — говорится чаще в общих чертах, то о посте Всевышний особо подчеркивает, что он совершается исключительно ради Него.

— Почему?

— Потому что именно воздержание человека от запретного было заложено в нас с самого начала, там, откуда мы пришли. Мы пришли из рая — наши прародители были спущены с высот райских кущ вниз на землю. Мы ищем инопланетян, но на самом деле мы сами своего рода «инопланетяне» на этой планете. Наши праотцы когда-то сошли с райских просторов, и нам предназначено вернуться туда. Когда правоверный отдает душу Богу, ее возносят и показывают путь, куда нужно идти. В том рае, где пребывали наши праотцы, им был предписан пост. Кто-то может удивиться: «Какой пост в раю?» Воздержание от того, что запретил Всевышний.

В Коране сказано: «О вы, которые уверовали, предписан вам пост так же, как он был предписан прежним общинам, прежним народам, прежним уверовавшим, прежним верующим». В любой религии — у мусульман, христиан, иудеев или даже в языческих учениях — есть понятие поста. Потому что у всех людей на этой планете общий отец и общая мать, которым когда-то было велено: «Не приближайтесь к этому дереву». Можно было есть все, но плод этого дерева был запретен. Вот что есть настоящая суть поста — воздержание.

Что касается намаза, известно, что в Коране говорится об общинах, которые совершали молитву в виде коленопреклонения или поясного поклона. Мусульманский намаз объединяет в себе все виды поклонения. Аналогично и мусульманский пост сочетает в себе все формы уразы, которые были предписаны предшествующим нам религиозным учениям. Если вспомнить историю восхождения пророка Мухаммада или Миградж, на ум приходит один эпизод: на него и его умму было возложено исполнение 50 ритуальных обрядов, намазов в течение суток. Это очень много. Кто ему посоветовал просить уменьшить?

— Муса, пророк Моисей.

— Да, его предшественник Муса, зная, что это сложно, посоветовал своему брату в вере уменьшить количество. Пророк несколько раз представал пред Всевышним, и количество намазов было сокращено. Иудеи, в частности, постятся, насколько мы знаем, раз в году, в йом-киппур — день искупления от грехов. Пост они держат в течение суток. У нас же запретно только в светлое время суток.

Если заглянуть в интернет, то просто диву даешься. Начался Рамадан, а бо́льшая часть контента — это не молитвы, не призывы очищаться, а материалы о том, что приготовить. В глазах некоторых людей пост — это фестиваль, месячник вкусной и изысканной пищи.

— Есть еще категория людей, которые во время Рамадана перестают употреблять алкоголь. Такое поощряемо или, наоборот, порицаемо?

— В текстах есть упоминание о таком человеке, который в течение года грешил, а во время Рамадана он пытался, насколько возможно, избавиться от пороков. Сказано, что в обоих случаях, о которых я читал, Всевышний простил этого человека.

Сейчас мы наблюдаем нашествие снега. С территории мечети вывезли порядка 400 тонн снега, и опять валит.

— Как-то связано с богобоязненностью людей?

— Бывают годы, когда нет снега или дождя. Почему? Когда правоверные воздерживаются от добровольного подаяния в пользу мечетей, нуждающихся, медресе, домов престарелых, детских домов, Господь лишает этот народ, живущий на той или определенной территории, дождя или снега.

Сейчас мы видим — снега много. Может, какой-то святой человек в ящик мечети садаку положил, поддержал какую-то семью, сделал доброе дело, и вот из-за его доброго деяния Всевышний нас завалил снегом. Бывает такое, что иногда даже одна снежинка вызывает в горах снегопад гигантских размеров. А тут речь идет о любимом создании Всевышнего Аллаха — человеке. Поэтому действия человека, даже самого последнего грешника, который хочет уважить месяц Аллаха Рамадан, всегда будут вознаграждены.

Когда люди слишком сильно грешат, Всевышний напоминает им о своем присутствии. Один шейх, приближаясь к жизненному порогу, решил назначить своего преемника. Он вручил каждому из своих учеников курицу и попросил зарезать ее с условием, что их никто не увидит. 9 учеников принесли тушки куриц, а один принес живую. Когда учитель спросил его, почему он не зарезал ее, тот ответил: «Я не видел места, где на меня не взирал бы Всевышний». Смысл этих слов в том, что Всевышний взирает на нас всегда и везде, и мы просим Его, чтобы это был взор милосердия, а не наказания.

«Реформы в вопросах богопоклонения нам не нужны»

— Некоторые люди говорят, что нужно 30 дней поста — слишком много. И календарь нужно реформировать так, чтобы ураза приходилась на одно и вообще ислам нуждается в изменении.

— Не нуждается в реформе ни ислам, ни исламский календарь — нуждаются в переосмыслении жизни и миссии сами люди. Если бы ислам был застывшим учением, поверьте, за 1,4 тысячи лет он бы давно исчез. Поэтому реформы в вопросах богопоклонения нам не нужны. Ислам был, есть и будет, потому что истинная религия перед Аллахом — это ислам, то есть полное предание себя Господу миров.

Пост — это благодать. Если человек намеревается держать пост во имя Аллаха и Его довольствия, то это религиозный обряд. Если же человек постится без таких намерений, это уже просто человеческая деятельность, не связанная с обрядовой стороной. Тем не менее, если врач советует пост ради пользы здоровью, это тоже замечательно. Пророк предупреждал, что многие болезни исходят от желудка, поэтому пост полезен.

Но, какой смысл человек вкладывает в пост, зависит от него самого. Много лет назад, во время Рамадана, я оказался в Индии и искал одну мусульманскую святыню в Дели. Я оказался перед лабиринтом улочек. Район был мусульманским, людей на улице почти нет, и найти мечеть оказалось нелегко. Первым встречным оказался молодой человек, который согласился показать мне путь. По дороге я заметил татуировку на его правой руке: на хинди было написано «Хэ Рам», что указывало, что он индуист. Мы дошли до мечети, он ждал меня и провел обратно до остановки транспорта. Было жарко, я путник, мне разрешено не держать пост. Я предложил зайти в кафе попить чай, но он ответил, что держит пост. Я спросил: «А какой у тебя пост?» Он сказал: «Мусульмане постятся». Я удивился: «Но у тебя же на руке написано „Хэ Рам“, разве ты не индус?» «Индус», — ответил он. «А почему же ты постишься в мусульманский пост?» Его ответ меня поразил, поистине Индия — страна чудес: «Потому что все мои друзья — мусульмане».

Вот в чем суть: пост — это один из редких случаев, когда он объединяет разные конфессии на пути к взаимопониманию, уважению и человеческому единству. Вот почему на ифтарах мы часто видим за одним столом представителей разных религий и традиций. Это радует и вдохновляет.

— Какие у татар были традиции, связанные с уразой?

— К сожалению, традиции татар сейчас все больше перемещаются в плоскость этнографии. В памяти народа осталось уже мало прежних обычаев. Вместо этого появляются новые — например, фешен-ифтар, «голодный» ифтар, ифтары в министерствах, институтах и прочие. Это своего рода проявление именно национального начала нашего татарского ислама.

Каждый, у кого есть возможность, старается хотя бы раз в месяц провести авыз ачу (коллективное разговение). Приглашают домой хазрата, муллу или абыстай. Люди читают молитвы, просят о благополучии и принятии поста. Это тоже одна из чисто татарских мусульманских традиций. Раньше была другая традиция: студента, знавшего Коран наизусть, приглашали домой, и он в течение Рамадана читал Коран в этом доме. Сейчас такая традиция практически исчезла. Татары часто проводили маджлисы дома, а сегодня они все чаще проходят вне своего жилища. И зря! Нельзя оставлять свой дом без коллективной молитвы, без нисхождения на него Божьей благодати и милости.

Итоги таковы: с одной стороны, часть национальных обычаев в исламской интерпретации сохраняется, часть уже исчезла. С другой — появляются новые традиции. Например, в некоторых мечетях прихожане желают провести таравих с полным прочтением Корана.

— Есть люди, которые говорят, что хатм — это слишком долго, утомляет… В прошлом году из 80 мечетей Казани хатм проводился в 35.

— Хатм не должен проводиться в каждой мечети. Вообще, этой традиции у нас раньше не было. Она появилась лишь в начале 1990-х годов, как и само слово «ифтар». Родное «авыз ачу» практически перестало звучать, повсеместно используется слово «ифтар». Говоря о хатме в мечетях, важно сохранять традиции татарского чтения Корана и произнесения азана на татарский лад — важно, чтобы хотя бы в месяц Рамадан Коран читался именно татарским напевом, татарским макамом. Эта традиция находится на грани исчезновения.

Думаю, не каждая мечеть может позволить себе вести хатм. Наше государство светское — люди целый день работают, в учреждениях существуют распорядок дня и внутренние правила. Помимо разговения в Рамадан, человеку нужно привести себя в порядок и отдохнуть. Исходя из этого, в прошлом году в нашей махалле мы ввели такой порядок: таравих-намаз не проводится сразу в обозначенное время, а отодвигается на один час позже. Например, если, согласно календарю ДУМ РТ, время намаза — 18:30, мы начинаем намаз в 19:30. Это сделано для того, чтобы люди могли спокойно поесть, прийти домой, отдохнуть и затем прийти на молитву. У жителей Казани есть разные возможности для соблюдения традиций, просто о них нужно знать.

— В 1990-х в мечетях таравих читали быстро.

— Такие корифеи, как Ахмадзаки хазрат Сафиуллин, Вафа хазрат Гилязов, Габдулхак хазрат Саматов, проводили намаз по старой татарской традиции — коротко. Я перенял у них эту традицию. Основной частью прихожан мечети имени Аль-Марджани, где я работал имамом в 90-х, были люди преклонного возраста, которые читали быстро и одухотворенно. Рамадан — это не месяц для того, чтобы себя ущемлять или утомлять, а время приближения к Аллаху. Поэтому всегда нужно оставлять человеку возможность для отдыха. Вот почему у татар намаз всегда читался с произнесением коротких трех аятов.

Слава Богу, у нас в мечети такая традиция есть и, Иншалла, останется, пока мы живы. Почему мы читаем кратко? Потому что месяц Рамадан — это время, когда вознаграждение за любое доброе дело возрастает в 10, 100, 1000 раз. Многие люди, которые в течение года не читают намаз, стараются сделать это именно в Рамадан, чтобы награда за их молитвы записалась многократно. Тех, кто в течение года ни разу не приходит в мечеть, можно увидеть там именно в этот месяц. Есть также те, кто в течение года не дает садаку, не заходит в мечеть, не просит молитву, но в Рамадан пытается прийти, положить садаку, попросить помолиться за усопших родителей.

Так что традиции еще существуют, но их становится все меньше. Мы видим, что ислам, будь то в Казани, Мекке, европейской стране или Африке, постепенно становится однообразным — теряется национальная окраска. Это прискорбно, ведь Всевышний создал нас разными народами и племенами. Един и Один только Он сам. Важно, чтобы люди помнили о своем происхождении — это не разъединяет, а объединяет, ведь в многообразии заключается единство. Ислам, с одной стороны, един, но мы, сунниты, принадлежим к четырем богословским школам, и это не мешает нам быть мусульманами.

Поэтому национальные мусульманские традиции нужно по возможности защищать и сохранять. Уже сейчас стоит серьезно задуматься об этом, ведь через 10–20 лет мы можем практически потерять свои национальные обычаи, связанные с исламом. Для нас они ценны.

«Мы не знаем, может быть, мы уже находимся в Судном дне»

— В мечетях порой молодежь перестает использовать татарскую терминологию. Например, говорят не өйлә намазы, а по-арабски — зухр.

— Вы правы. Недавно мне рассказали случай: в одной из мечетей прихожанин спросил имама о намазе ясту, на что тот начал нервничать: «Что за ясту намаз такой? Нет такого намаза, есть намаз иша». Это не просто проявление пренебрежения к своему народу и родному языку, а выражение недовольства волей Господа. Когда мусульманин говорит: «Я доволен Аллахом как моим Господом, Творцом, воспитателем, пропитателем», — он осознает, что он доволен своей судьбой и своим происхождением. Мы не выбираем национальность, родину и родителей. Это все от Бога. В человеке, относящимся с пренебрежением к своему национальному наследию, нет никакого блага. Это прискорбно, но так и должно быть. Потому что знаем, что должен случиться Конец света. А к Концу света на Земле не останется ни одного правоверного, праведного и богобоязненного человека. В текстах говорится, что придет время, когда люди соберутся в мечети, но ни один из них не будет находиться там, думая о Боге. Или, как сказано в другом хадисе, придут люди, увидят сидящих в мечети и спросят их: «А кто такой Аллах?»

Хадис о том, что когда люди услышат о начале Судного часа, то человеку нужно успеть посадить хоть один саженец: мы можем скорбеть по утрате традиций, но это не повод для уныния. Унынию в исламе места нет. Нужно работать, стараться. В Татарстане уже много делается этом направлении, но еще многое осталось сделать, особенно по сохранению татарских национальных мусульманских традиций.

— Вместе с тем и татарский язык уходит из мечетей.

— Да, согласен. Существует понятие канонической и неканонической территории. Когда мы говорим о канонической территории татарского ислама, к сожалению, сегодня она претерпела огромные изменения. Почему так получилось? Во время работы в других регионах мы видели, что мечети изначально строились представителями нашего татарского народа, ведь на протяжении веков татары проживали в этих регионах. Однако после развала Советского Союза произошло фактически новое «великое переселение народов». Этноконфессиональная картина, в том числе мусульманская составляющая, сильно изменилась. В этих условиях татары не смогли сохранить ту духовную данность, которая формировалась веками.

Сейчас в некоторых регионах татары добровольно оставили свои позиции в духовной сфере. В татарских исторических мечетях на татарском языке практически не говорят. Слава Аллаху, в Татарстане проповеди ведутся на татарском. Татары — бо́льшая часть мусульман республики, и закономерно, что язык проповеди — татарский.

— Обязательность проповедей на татарском языке ДУМ РТ установило в приказном порядке.

— Если люди не понимают, то это должно быть в приказном порядке, хотя все это должно идти от души. А как иначе дисциплину и порядок установить? Развал Советского Союза, образование новых государств и новое «великое переселение народов», с одной стороны, обогатило культуры, а с другой — остановило развитие национальных культур. Потому что сейчас национальные культуры не так востребованы, как глобальная культура. Вот почему я говорил о существовании глобальной мусульманской культуры, которая практически всюду одинакова. Различия видны лишь в зависимости от географии, например в одежде. Иногда молодежь думает, что мужское арабское длинное платье — это мусульманская одежда. На самом деле это всего лишь арабское национальное платье.

— Насколько я знаю, вы, будучи муфтием Ямало-Ненецкого автономного округа, старались вести проповеди на татарском языке.

— Это было требованием центрального духовного управления мусульман России. Но, когда в мечети, построенной татарами, уменьшается количество прихожан-татар и проповедь ведется на татарском для двух-трех человек в присутствии десятков иноязычных прихожан, сложно следовать инструкциям духовного ведомства. В принципе, наверное, так оно и должно быть. Ведь все, что происходит, предписано Всевышним Аллахом.